Борис Пильняк

Заволочье

    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    Мифология греков рассказывала о трех сестрах Граях: о Страхе, Содрогании и Ужасе, которые олицетворяли собою седые туманы; с рождения они были седовласы, старухи, и у всех трех был один глаз.
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    «Не слушаются, запинаются ноги, лечь бы, лежать, — а я вот нарочно буду за ними следить и ставить их в те точки, куда я хочу! Не хочется шевелиться, лечь бы, лежать, нет, врешь, не обманешь: встану, пойду, иду, не умру!»
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    первый раз затошнило, замучило, замутило, когда — хоть в воду, хоть к черту, хоть в петлю, лишь бы не мучиться!..
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    Москва — жена — дочь — выставки — картины… Нет, ничего не жалко, ничего нет!..
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    сын уездного врача, выехавший когда-то из дому в Москву, в славу, да так и застрявший в дороге, потерявший дом.
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    Тогда, там, в географической точке, которая зовется Москвой, за три дня до отъезда в Архангельск, он узнал об экспедиции, и в три дня собрался, чтобы ехать, чтобы идти в Арктику, чтобы сразу разрубить все те узлы, что путали его жизнь, очень сложную и очень мучительную, потому что и по суше ходят штормы и многие волны былинками гонят человека, и очень мучительно человеку терять свою волю.
    Ольга Коноваловацитує2 роки тому
    В этой географической точке, которая зовется Москва и которую легче всего представить — астрономически — пересечением широт и долгот, потому что здесь в море только так означались путины), остались дела, друзья, борения, ночи, рассветы, жена, усталость, тридцать пять лет жизни, картины, тщеславие, пыль в мастерской, и все время — в страхе — представлялась пустыня сентябрьской российской ночи, волчьи российские просторы, дребезг вагонных сцеплений, поезд в ночи, купе международного вагона, где он один со своими мыслями, и поезд шел в Москву, и там, впереди во мраке, возникали зеленоватые огни Москвы; и все двоилось: один Лачинов стоял у окна в купе международного вагона и мучился перед Москвою, другой Лачинов с астрономических высот видит и эту пустыню ночи, и поезд в ночи, и Москву, и темное купе, и человека — себя же — в купе у окна: и тот, и этот — один и тот же — думал о том, что в Москве, на Остоженке навстречу выйдет безмолвная и ждущая жена, а на столе у телефона лежит десяток ненужно-нужных телефонных номеров, и ни жена, ни телефоны — страшно не нужны.
    Katenitaцитує4 роки тому
    Узкое,
    14-я верста по Калужск. шоссе.
    9 янв. — 2 марта 1925 г.
    Katenitaцитує4 роки тому
    спардеке, горело электричество, начальник сидел за столом, а на пороге сидел самоедин, напившийся с утра, теперь трезвевший и клянчавший спирта, предлагавший за спирт все: песцовую шкурку, жену, елу, малицу. Начальник молчал. Когда самоедину надоедало повторять одни и те же слова о спирте, он начинал петь, по получасу одно и то же:
    Начальник сидит, сидит,
    Хмурый, хмурый.
    Начальник обдумывал, какими словами написать в донесении о том, как север бьет человека:
    Katenitaцитує4 роки тому
    долго потом лежала в кровати с книгой о Земле Франца-Иосифа, руки ее были смуглы и девически-худощавы; Земля Франца-Иосифа была в ее руках.
    Svetlana Salnikovaцитує4 роки тому
    Ужели вот эти тридцать пять-сорок лет жизни — и есть те сотни хомутов, которые ты надел на себя, которые на тебя надели, которые надо тащить, от которых никуда не уйдешь.
    Svetlana Salnikovaцитує4 роки тому
    ездили на взморье к Северо-Двинской крепости, построенной Петром I, там в рыбачьем поселке заходили к ссыльным (это случайное обстоятельство надо очень запомнить, ибо оно чрезвычайно важно для повести)
    Svetlana Salnikovaцитує4 роки тому
    впрочем, и весь его облик сказывает в нем больше бродягу и пиратского командора, чем кабинетного человека, потому что он русский; но часы идут, полки с банками п
    Svetlana Salnikovaцитує4 роки тому
    Человечество не может жить на Шпицбергене — север бьет человека, — но там в горах есть минералогические залежи, там пласты каменного угля идут над поверхностью земли, — и капитализм.
    Svetlana Salnikovaцитує4 роки тому
    Начальник обдумывал, какими словами написать в донесении о том, как север бьет человека:
    Валя Ковалёвацитує6 років тому
    и как в тот день не сошла с ума земля, потому что она ходила по земле?
    Валя Ковалёвацитує6 років тому
    Иногда бывает такая тесная жизнь. Москва, дела, дни — конечно, сон, конечно, астрономическая точка. Ужели здоровая человеческая жизнь есть сотни хомутов, в которые впрягается человек к тридцати годам?
    Валя Ковалёвацитує6 років тому
    И лучше не думать, ибо никуда не уйдешь, ибо кругом смерть и холод, и нельзя думать о женщине, ибо женщина есть рождение, ибо можно думать — только о смерти.
    Валя Ковалёвацитує6 років тому
    Ужели вот эти тридцать пять-сорок лет жизни — и есть те сотни хомутов, которые ты надел на себя, которые на тебя надели, которые надо тащить, от которых никуда не уйдешь.
    kregzduteцитує9 років тому
    Мифология греков рассказывала о трех сестрах Граях — о Страхе, Содрогании и Ужасе, которые олицетворяли собою седые туманы; с рождения они были седовласы, старухи, и у всех трех был один глаз
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз