Себастьян Хафнер

История одного немца. Частный человек против тысячелетнего рейха

    Алекс С.цитує4 місяці тому
    Разве не говорят, что военные штабы в мирное время великолепно готовят армии к… недавно прошедшей войне? Не знаю, как обстоят дела в военной сфере, но вот то, что в определенных семьях блистательно готовят сыновей к жизни в недавно завершившейся эпохе, — это точно!
    димацитує9 місяців тому
    Национализм, то есть национальное самолюбование и самообожествление, — опасная духовная болезнь, способная исказить и отвратительно исковеркать черты любой нации, точно так же как эгоизм и тщеславие искажают и коверкают черты любого человека.
    димацитує9 місяців тому
    Но ведь от этой всеобщей атмосферы можно до известной степени спрятаться, укрыться; можно плотно законопатить окна, закрыть двери и уединиться в четырех стенах тщательно оберегаемой частной жизни. Можно от всего отгородиться, можно всю комнату заставить цветами, а на улице зажимать нос и затыкать уши.
    Veronika Usachevaцитуєторік
    Главное, чего я добиваюсь, — это чтобы не была забыта мораль моего рассказа.
    Louiseцитує15 годин тому
    У меня нет таланта ненависти. Я всегда был убежден: слишком глубокое погружение в полемику, спор с оппонентом, упрямо игнорирующим твои доводы, ненависть ко всякой гадости, и без того ненавистной, разрушают нечто в тебе самом — нечто достойное сохранения, что потом трудно будет восстановить. Естественный жест неприятия у меня — отвернуться, но никак не нападать.
    Louiseцитуєучора
    Франк вскрывал конверты; рукописи, когда-то бывшие такими интимными, такими вдохновенными, вновь смотрели на нас, вновь напоминали о себе. Здесь были и листки, исписанные моей рукой, тем почерком, каким он был несколько лет тому назад…
    Кто не знает эту великую «уборку» воспоминаний, это погружение в прошлое? Хорошее занятие для дождливого летнего воскресенья. Кто не знает печальную прелесть этого заклинания мертвых, необоримое искушение еще раз все прочесть, еще раз все прожить? Кто не знает этого дурмана, будто от опиума, который одолевает тебя и делает мягким, сентиментальным. Как правило, на это тратится целый день, а по большей части еще и ночь,
    Louiseцитуєучора
    Бывали времена, когда мы виделись чуть ли не ежедневно. Мы привыкли делиться всем пережитым, включая даже любовные истории, о которых рассказывали друг другу без малейшего чувства неловкости. Мы рассказывали их так, как если бы хотели спросить совета у своего второго «я». За те семнадцать лет, что мы знали друг друга, у нас не случилось ни одной серьезной ссоры. Ссора с Франком — это было бы все равно что раздор с самим собой. В определенную пору юности с ее склонностью к самоанализу и самонаблюдению мы с наслаждением исследовали наши различия (среди которых происхождение играло наименьшую роль). Эти различия были для нас в высшей степени интересны. Они вовсе не разделяли нас.
    Louiseцитує3 дні тому
    Она решительно встала между мной и моими черными мыслями. Такая маленькая, но уверенная и смелая, она заслонила собой Бога, мир, нацистов.
    Louiseцитує4 дні тому
    Позднее во Франции и в Англии я с удивлением и некоторой завистью наблюдал, какое неувядающее счастье и какой неиссякаемый источник удовольствий находит француз в остроумной своей гастрономии, в прекрасном винопитии, искусстве словесных баталий и языческой, изящно культивируемой любви; англичанин — в уходе за своим садом, своими животными, в своих многочисленных, столь же ребяческих, сколь и серьезных, играх и хобби. У типичного немца ничего подобного нет.
    Irina Novikovaцитує9 днів тому
    Ты, понятное дело, не Лев Толстой, зато время твоего детства, отрочества, юности не то, что у Льва Толстого, значительно интереснее: война, революция, мятежи, путчи, инфляция, наконец, нацизм. Напиши, как вы, немцы, дошли до жизни такой. Присовокупи свои рассуждения. Неглупый все ж таки человек, образованный, на юридическом учился, Рильке читал, в Верховном апелляционном суде Пруссии служил.
    Olga Liashchevichцитує10 днів тому
    настоящее историческое событие всегда проявляется как частное, личное переживание тысяч и миллионов одиночек
    Irina Novikovaцитує11 днів тому
    В Пруссии и сейчас каждый школьник знает эту легенду; правдива она или нет, неважно — она показательна в смысле репутации этой судебной палаты: Фридрих во время строительства Сан-Суси хотел снести ветряную мельницу, которая и теперь стоит рядом с дворцом. Он предложил хозяину продать мельницу. Мельник наотрез отказался. Король пригрозил, мол, он мог бы ее конфисковать, на что мельник ответил: «Да, ваше величество, могли бы, если бы в Берлине не было судебной палаты».
    Olga Liashchevichцитує11 днів тому
    сама действительность стала механистичной, пустой, безжизненной и ежеминутно подтверждала триумф бреда; бред заливал, захлестывал реальность со всех сторон, как потоп.
    Olga Liashchevichцитує11 днів тому
    Противники нацизма не правы. Значит, правы нацисты». К этому добавлялась (в основном у интеллектуалов) вера в то, что удастся изменить лицо нацистской партии и скорректировать ее деятельность, коль скоро сам ты в эту партию вступил. Разумеется, было и самое обыкновенное приспособленчество, примитивное карьерное шкурничество
    Irina Novikovaцитує11 днів тому
    Большинство из тех, кто аплодировал ему в 1930-м на митингах в берлинском Дворце спорта , не рискнули бы попросить у него прикурить, встреть они его на улице.
    Irina Novikovaцитує12 днів тому
    Немцы так и не научились жить своей жизнью; не научились делать свою маленькую, частную, личную жизнь великой, прекрасной, напряженной; не научились наслаждаться этой жизнью и делать ее интересной
    Irina Novikovaцитує12 днів тому
    Ратенау и Гитлер как раз и были аномальными явлениями, которые до крайности возбудили фантазию немецкой народной массы: один — своей необъятной культурой, другой — своей необъятной пошлостью. Оба, и это главное, происходят из недоступных средней массе областей, из каких-то потусторонних миров. Один — из той сферы высшей духовности, где симпосион, пир культур трех тысячелетий и двух частей света творится; другой — из джунглей, из грязи и тьмы бульварной философии и бульварного чтива; из подземного, подпочвенного мира, где в мутном вареве роятся бесы мещанских чуланов, ночлежек, казарменных сортиров и застенков.
    Olga Liashchevichцитує12 днів тому
    Немцы так и не научились жить своей жизнью; не научились делать свою маленькую, частную, личную жизнь великой, прекрасной, напряженной; не научились наслаждаться этой жизнью и делать ее интересной. Поэтому они восприняли спад социального напряжения и возвращение личной свободы не как дар, но как потерю.
    Olga Liashchevichцитує14 днів тому
    Все кризисы, стачки революции, все ее демонстрации, путчи, мятежи, вся ее беспомощная пальба по своим сбивали с толку, ибо были полны противоречий. Ни в один из моментов революции не было до конца ясно, ради чего, собственно, все это творится. Было невозможно не то что вдохновляться происходящим, а даже просто это происходящее понять.
    Дружинец Аннацитує14 днів тому
    Причины, по которым они это делали, разнообразны, зачастую то был целый клубок причин. Но как бы долго и тщательно мы его ни распутывали, не удалось бы найти одну-единственную, несомненную, четкую и рациональную причину. Этот процесс в каждом отдельном случае носил явные признаки нервного срыва. Самой простой и, если покопаться, почти у всех самой глубокой причиной был страх. Избивать, чтобы не быть избитым. Затем: мутное опьянение, опьянение единством, магнетизм массы. Далее, у многих было также отвращение и жажда мести по отношению к вождям и руководителям, бросившим своих партийцев на произвол судьбы и нацистов. И, наконец, странное типично немецкое рассуждение: «Все предсказания противников нацистов не сбылись. Они утверждали, что нацисты не победят, но они победили. Противники нацизма не правы. Значит, правы нацисты».
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз