Роман Жан-Мишеля Генассия от бдительного официального ока и читателей с гендерными предрассудками защищает маркировка 18+. Без нее роман, у главного героя которого нет отца, зато есть две матери, сегодня вряд ли мог выйти в свет. То есть этого уже вполне достаточно. На самом же деле книга посвящена не маргинальным, а общечеловеческим проблемам: как найти себя и свой путь и быть верным себе, как предрассудки, какими бы они ни были – модными или традиционными – ломают жизнь и мешают взаимопониманию. Что же касается имени Дэвида Боуи в заглавии, то эта загадка разрешается лишь в финале.
Увійдіть або зареєструйтеся, щоб коментувати
История музыки сквозь призму жанра реквиема, музыкальная поэтика (виды музыкальной симметрии), рыбы в музыке, очерки о композиторах, внимание к истории, быту, культуре, свободный, точный, раскованный язык. Да, и за полчаса книжку читать не стоит.
Огромный, богато иллюстрированный и снабженный солидной библиографией том, выросший из постов Михаила Шифрина в интернете. Можно было бы сказать, что медицина здесь лишь повод рассказать занимательную историю. Что, конечно же, лишь расширяет круг читателей.
Бывший уголовник, а ныне модный художник Джим Фрэнсис, вынужден из Калифорнии вновь приехать в Шотландию. В Эдинбурге погибает его сын. Фрэнсис расследует преступление и погружается в мир прошлого. Роман написан с присущей Уэлшу экспрессией, в полной мере оценить которую в переводе вряд ли возможно. В переводе Валерия Нугатов язык шотландских докеров, эдинбургских обывателей и мафиози превращается в какую-то неудобоваримую смесь самых разных жаргонов, речений, лексических и орфоэпических неловкостей и неправильностей.
Резьба по живому, Ирвин Уэлш
Процесс написания и редактура, продвижение книги, рекомендации писателей от классиков до современников – всего этого в книге с избытком. Это действительно такой распространенный совет, желающим создать, ну если не великий, то хотя бы просто роман.
Молодой преподаватель Лионской Академии художеств устраивается работать смотрителем в парижский музей Орсэ. Ему явно не по себе, он страдает от депрессии, но в чем истинная причина его переживаний, читатель узнает лишь к финалу романа. Это роман о любви, о насилии, которое убивает красоту, о страсти, которая может быть недолговечна, о хрупкости человеческих отношений. Ну и об искусстве тоже, то есть об идеальном воплощении красоты.
Роман о любви, смерти, браке, депрессии, старении. Два героя и героиня. В общем, классический треугольник (хотя у Барнса система персонажей сложнее). Два друга, два антипода: лирик и физик, позитивист и метафизик, Обломов и Штольц (кстати, обломовский диван упоминается в романе). Их соперничество, их победы, их поражения. То есть, пожалуй, поражения прежде всего.
Любовь и так далее, Джулиан Барнс
Если бы это была только конспирологическая книга о перипетиях вручения Нобелевской премии физикам, об интригах, скандалах и амбициях – она бы заслуживала внимания в лучшем случае в качестве журналистского расследования. Но Китинг ученый, справедливо пишущий, что для открытия в науке требуются желания и страсть. Так что Нобелевская премия – часть этой страсти. На самом деле, он рассказал увлекательную историю становления представлений о возникновении Вселенной, о борьбе разных концепций: сторонников Большого взрыва и Стационарной вселенной, об истории создания телескопов, наконец. Ну, и, кроме того, это просто интересная биография.
Автор пытается показать, как окружающая среда, особенности климата формировали мифологию, рассматривая при этом обычаи и мифы аборигенов Австралии, американских индейцев, племен Южной Африки, народов Новой Зеландии и т.д., впрочем, исключая хорошо изученную культуру Европы.
Пафос книги Аслана — в попытке защитить ислам от обвинений в экстремизме, опираясь на изучение истории, противопоставить по возможности взвешенный взгляд историка современным предубеждениям.
Нина Дашевская, музыкант (скрипач), преподаватель и замечательный детский автор написала книжку «Я не тормоз». О подростках. Игнату Волкову 13 лет. Он все время бежит, торопиться, летит: на роликах, на самокате. И не поспевает за собой. На ходу сочиняет стихи, ухаживает за младшим братом, помогает другим, дружит с медлительным Костей Зайцевым, который хоть и тормоз, но всегда в нужный момент придет на помощь. Мне нравится, что Дашевская пишет о хороших людях. Мне нравится, что она пишет о музыке. Потому что это одно и то же. Потому что «весь этот мир без музыки превратится.. черт знает во что», как сказал Миша, брат того Яши, который решил стать адвокатом.
Я не тормоз, Нина Дашевская
Книга «SPQR. История Древнего Рима» кембриджского профессора Мэри Бирд, 50 лет посвятившей изучению римской истории. Этот многотомный труд – попытка освободить, насколько это возможно, историю Рима от мифологических наслоений и представить достоверное, подтвержденное научными изысканиями.
SPQR. История Древнего Рима, Мэри Бирд
Сборник рассказов Эттара Керета «Внезапно в дверь стучат» в переводе Линор Горалик. Выдуманность здесь соседствует с реальностью или продолжает ее. Вот человек оказывается в мире своей лижи. Вот другой, переживающий травму расставания, он по существу крадет деловые и личные свидания других – в кафе он заговаривает с теми, кто пришел на встречу с кем-то. За этого кого-то он и выдает себя. Вот цепь случайностей, которая заставляет смотреть на мир, как на калейдоскоп возможностей. Схематично, надуманно, но все-таки со смыслом.
«В ночи квадратной, теплый и живой, Стоит Господь с отверткой крестовой, В кармане, в шапке, ожидая чуда, Когда начнет трамвай сороковой, По улице побрякивать оттуда…» Этими стихами открывается вышедший в издательстве «Лайвбук» небольшой лирический сборник «Кот, лошадь, трамвай, медведь» Алексея Сальникова, автора романа «Петровы в гриппе». Это тот случай, когда не знаешь, что больше раздражает и завораживает: «Господь с отверткой» или с «отверткой крестовой» и когда лучше не читать стихи самому, а послушать авторское исполнение. Это тот случай, когда не хочется перечислять ни учителей, ни соратников, ни жаловаться на современную просодию и откровенные недоговоренности. Это тот случай, когда читаешь «между точек», говоря словами автора, и смыслы, недовоплотившись, утекают в раковину мглы, повисают каплями на белье, расходятся швами снега. Это тот случай, когда повторяющиеся поезд, дорога, трамвай, дождь, пустота, тоска фонарей, города, улиц, зимы переполняют небольшую книжку и выталкивают с изнанки на лицевую сторону автора, и он, неуклюже смущаясь, опускает глаза, закрывается руками, умывается стихами, как темнотой; засвечивается, как фотобумага. И это забавный опыт, хотя бы потому, что в данном случае поэзия бросает тень на прозу.
В издательстве «Альпина Паблишер» вышла книга американского профессора, экономиста Дэна Ариели «Позитивная иррациональность: Как извлекать выгоду из своих нелогичных поступков». Название книги не вполне передает ее содержание. Действительно, в ней речь идет о том, что поведение человека не складывается только из четких рассуждений, рационально определенных задач и сознательно решаемых проблем. В нем есть большая доля бессознательного. Все это так. Но вот тезис «как извлекать выгоду из своих нелогичных поступков» раскрывается в довольно любопытной плоскости. Скажем – зачем продавать несобранную мебель? Затем, что нередко человек испытывает особую радость от самостоятельно (хотя бы отчасти) выполненной работы. Всегда ли полезны и эффективны высокие бонусы? – Нет, не всегда. Старательность может возрасти, а эффективность нет. В подтверждение своих наблюдений Ариели приводит результаты придуманных и проведенных экспериментов. В этом смысле книга вполне обычна для многочисленных руководств по психологии, менеджменту и проч. Естественно, что столь востребованный и популярный жанр проникает в другие области. Не прикладные (или не столь очевидно прикладные), а в более абстрактные. Можно, например, по такому же трафарету писать книги (и читать лекции, разумеется) на темы: что такое любовь, ревность или человеческое достоинство. Ставить мысленные эксперименты или заимствовать случаи из жизни: «Давайте подумаем, когда человек в зависимом положении чувствует, что его достоинство попрано. Почему врать нехорошо? Когда мы обманываем себя?» Получаются такие новые катехизисы, обернутые в психологическую, философскую или социологическую обложку. Чаще всего довольно тривиальные, но приносящие и высокий статус, и даже престижные премии.
Эллис Робертс написала не роман, а научно-популярный труд, с опорой на факты и данные исследований. Начинается все, разумеется, рассказом о собаках, но дальше речь идет также о пшенице, картофеле, рисе, яблоках, курах, лошадях, рогатом скоте и даже о человеке. В этой главе, в частности, обсуждает вопрос скрещивался ли современный (в биологическом смысле) человек с неандартальцем.
«Серый — цвет надежды», книга стихов и документальной прозы Ирины Ратушинской, вышла в музее истории ГУЛАГа. Ирина Ратушинская была осуждена в 1983 году по 70 статье (антисоветская агитация и пропаганда) на семь лет лагеря строго режима. Отбыла в неволе четыре года и три недели.
Серый — цвет надежды, Ирина Ратушинская
Это исторический очерк города и Кубы в целом, хотя автор подчеркивает, что Гавана — это остров на острове. Эпоха испанского владычества, расцвет работорговли (рабство отменено на Кубе в 1886 году), богатый порт, через который проходила торговля сахаром, кожей, табаком, борьба за независимость и американское влияние, город роскошных отелей, баров, коктейлей, таинственных мулаток, Хэмингуэя, город революций и постреволюционного времени — обо всем этом Курлански пишет легко и ярко.
В книгу включены и рассказы Татьяны Дагович, но все-таки наиболее интересна повесть
«Продолжая движение поездов». Впрочем, ровно наполовину. Девушка, сирота, эмигрантка из России, как-то адаптировавшаяся и добывшая гражданство в чужой стране, переезжает из одного города в другой. У нее нет ни привязанностей, ни дома. Короткие встречи, короткие романы. Она смотрит другим, отстраненным взглядом и понимает окружающих лучше, чем они сами себя. Но вот разрешается эта интригующая ситуация какой-то банальной и безвольной фантастикой.
Это своего рода экспериментальный детектив, или такая романная игра, навеянная сериалами и компьютерными развлечениями. Впрочем, сама ситуация обыкновенна для канонического британского детектива. В некоем доме во время бала-маскарада происходит убийство, и нужно понять, кто в нем виновен. Тёртон придумывает любопытный ход. Главный герой романа смотрит на случившееся глазами разных персонажей, то есть как бы вселяется в них. И каждый раз ошибка ведет к новому переселению, к новой смене тела. Только разгадав тайну убийства, герой станет самим собой.
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз