Жиль Делёз

суть концепта в членении, разбивке и сечении

(вы, конечно, знакомы с подобной пресловутой теорией, пришествие которой так часто возвещалось, — с теорией, которая покроет всё, которая, наконец, всё объяснит и всех успокоит, с теорией, которая, как нас уверяют, «так нам нужна» для нашей эпохи фрагментации и специализации, когда не хватает «надежды»)

Наконец, самый страшный враг, стратегический противник (противостояние «Анти-Эдипа» другим врагам носит скорее тактический характер) — фашизм. И не только исторический фашизм Гитлера или Муссолини, который сумел столь удачно мобилизовать и использовать желание масс, но также и фашизм, который во всех нас, который преследует наши умы и наше повседневное поведение, — фашизм, который заставляет нас любить власть, желать именно то, что господствует над нами и эксплуатирует нас.

— Освободите политическое действие от любой формы тотализирующей или объединительной паранойи.

Прогулка шизофреника — это лучшая модель, нежели невротик, уложенный на диван.

Не думайте, что, если вы за что-то боретесь, нужно быть мрачным и грустным, даже если предмет вашей борьбы — нечто отягощающее. Революционной силой обладает только связь желания с реальностью (а не его бегство в формы представления).

Оно дышит, оно греет, оно ест. Оно испражняется, оно целует.

Тело под кожей — это перегретый завод,
а снаружи
сверкает больной
он блещет
всеми своими разверстыми
порами.[6]

Процесс должен стремиться к своему выполнению, а не к какому-то ужасающему усилению, к ужасающей крайности, в которой тело и душа наконец погибнут»

С шизофренией все точно так же, как с любовью