Уильям Ирвин

наши внутренние цели оказывают влияние на внешний образ действий, но также они поняли и то, что цели, которые мы сознательно ставим перед собой, могут решающим образом определить наше последующее эмоциональное состояние. Намеренно сделав своей целью победу в матче, не факт, что вы повысите свои шансы на победу. Скорее, повредите им: если в начале игра примет неблагоприятный оборот, это может сбить вас с толку, что негативно отразится на ваших подачах в оставшихся геймах, тем самым сократив шансы на победу. Кроме того, когда мы нацелены на выигрыш, резко увеличивается вероятность того, что иной исход нас расстроит. Если же, с другой стороны, мы ставим своей целью полностью выложиться на корте, то едва ли уменьшим шансы на победу в матче, но точно уменьшим вероятность расстроиться из-за его исхода.

Если мы стремимся к хорошей жизни, говорит Эпиктет, то должны желать не того, чтобы события соответствовали нашим желаниям, а заставить желания соответствовать событиям: иными словами, «принимать происходящее таким, каково оно есть».

Чтобы оценить, насколько мешают оскорбления спокойствию, достаточно взглянуть, что расстраивает нас в повседневной жизни. На первом месте будет оскорбительное поведение других людей – прежде всего друзей, родственников и коллег.

Эпиктет предлагает еще одно противожалящее средство – выдерживая паузу, прикинуть, насколько хорошо осведомлен обидчик. Возможно, он говорит что-то скверное не потому, что хочет задеть, а поскольку искренне верит в сказанное или, по меньшей мере, описывает вещи такими, какими они ему кажутся. Вместо того чтобы сердиться на собеседника за прямолинейность, нужно спокойно поправить его.

Стоическому мудрецу, существуй он на самом деле, оскорбления собратьев-людей, вероятно, казались бы собачьим лаем. Когда собака лает, можно отметить про себя, что она, видимо, недолюбливает вас, но нужно быть форменным дураком, чтобы расстроиться из-за этого и остаток дня причитать: «О боже! Этот пес меня не любит!»

Как же тогда реагировать на оскорбление, если не отвечать тем же? Первый замечательный способ – это юмор.

Из всех видов юмора, которым можно отразить оскорбление, особенно эффективен самоуничижительный.

ретроспективной негативной визуализацией. При обычной, проспективной негативной визуализации мы представляем потерю того, что имеем; при ретроспективной – будто никогда не имели того, что потеряли.

Но что делать, если мы не в состоянии контролировать гнев? Если набрасываемся на того, кто нас разгневал? Мы должны извиниться. Во-первых, это может мгновенно устранить причиненный ущерб. Во-вторых, акт извинения полезен для самого извиняющегося: он не только окажет успокаивающее воздействие, но и поможет впоследствии не зацикливаться на том, что его разгневало. Наконец, извинения за вспышку гнева могут сделать вас лучше как человека: признавая свои ошибки, мы уменьшаем вероятность их повтора.

Жизнь слишком коротка, чтобы проживать ее в пелене гнева. Кроме того, если человек постоянно злится, общение с ним – настоящая пытка для окружающих. Почему бы вместо этого, спрашивает Сенека, не «постараться, чтобы при жизни тебя все любили, а после смерти о тебе жалели?» И вообще, ради чего испытывать антирадость, когда в нашей власти получать от жизни радость? Ради чего, в самом деле?