Анна Лёвенхаупт Цзин

Отчуждение устраняет взаимные переплетения внутри обитаемого пространства. Греза об отчуждении питает видоизменение ландшафта, в котором значение имеет лишь один отдельно стоящий ресурс, все остальное же представляется сорняками или мусором. Учитывать взаимные переплетения внутри обитаемого пространства в таком случае неэффективно и, вероятно, устарело. Когда отдельно взятый ресурс в том или ином месте более нельзя производить, это место можно забросить. Вся древесина добыта, нефть исчерпана, почвы под посадку более не приносят урожай. Поиск ресурса возобновляется в другом месте. Вот так упрощение ради отчуждения порождает разруху — места, заброшенные ради возобновления эксплуатации ресурса где-то еще.

история накопления материальных богатств путем превращения людей и неодушевленных объектов в источники вложения средств. Эта история подпитывала стремление инвесторов видеть и людей, и вещи как отчужденные друг от друга, то есть способные существовать сами по себе, будто взаимное переплетение жизни не имеет значения [12]. Посредством отчуждения люди и предметы делаются движимым имуществом, их можно изъять из мира их жизни каким-нибудь транспортом, способным преодолевать любые расстояния, и обменять на другие активы, из других жизненных миров, где угодно [13]. Это совсем не то же самое, что считать других частью жизненного мира — к примеру, питаясь или питая кого-то другого.

Ландшафты ныне усеяны подобными развалинами по всему свету. А такие места, тем не менее, могут быть живы — невзирая на их объявленную смерть: заброшенные источники ресурсов иногда порождают новую многовидовую и многокультурную жизнь. Во всепланетарном состоянии неустойчивости у нас нет другого выбора — нам необходимо высматривать жизнь на руинах.