ru
Книжки
Гилберт Кит Честертон

Кусочек мела

«Гилберт Кийт Честертон написал необычайно много. Есть у него романы, веселые, как клоунада, и повести-притчи, и блестящие детективные рассказы, и биографии великих людей, и бесчисленные очерки. Мастер увлекательного сюжета и острых парадоксов, Честертон известен прежде всего как талантливый юморист. Но хотя в его книгах много юмора и почти все они построены на занимательной интриге, Честертона никак нельзя назвать поставщиком бездумного, развлекательного чтива. Он учитель, проповедник, или, как он часто себя называл, защитник. Что же он защищал? Не хочется писать «оптимизм»: он не любил этого слова; он вообще предпочитал «неученые» и неистрепанные слова. Можно сказать, что он защищал радость. Иногда он говорил, что защищает удивление, детский взгляд на мир; иногда — что защищает надежду.» Наталия Трауберг.
4 паперові сторінки

Враження

    Яна Сіліянділиться враженням5 років тому
    🔮Мудра

    Как часто мы не замечаем богатства под ногами

    Беатаділиться враженням5 років тому
    👍Раджу

    Натальяділиться враженням5 років тому
    😄Весела

Цитати

    Ирина Осипенкоцитує2 місяці тому
    Я сидел на холме и горевал. Ближе Чичестера города не было, да и там навряд ли нашлась бы лавка художественных принадлежностей. А без белого мои дурацкие рисунки становились такими же пресными и бессмысленными, каким был бы мир без хороших людей. И вдруг я вспомнил и захохотал, и хохотал снова и снова, так что коровы уставились на меня и созвали совещание. Представьте человека, который не может наполнить в Сахаре песочные часы. Представьте ученого, которому в океане не хватает соленой воды для опытов. Я сидел на огромном складе мела. Все тут было из мела. Мел громоздился на мел до неба. Я отломил кусочек уступа, на котором сидел; он был не так жирен, как мелок, но свое дело он делал. А я стоял, стоял и радовался, понимая, что Южная Англия не только большой полуостров, и традиции, и культура. Она — много лучше. Она — кусок белого мела.
    Ирина Осипенкоцитує2 місяці тому
    Когда наш карандаш доходит до красного каления, мы рисуем розы; когда он доходит до белого каления, мы рисуем звезды. Одна из двух или трех вызывающих истин высокой морали, скажем, истинного христианства, именно в том, что белое — самый настоящий цвет. Добродетель — не отсутствие порока и не бегство от нравственных опасностей; она жива и неповторима, как боль или сильный запах. Милость — не в том, чтобы не мстить или не наказывать, она конкретна и ярка, словно солнце; вы либо знаете ее, либо нет. Целомудрие — не воздержание от распутства; оно пламенеет, как Жанна д’Арк. Бог рисует разными красками, но рисунок его особенно ярок (я чуть не сказал — особенно дерзок), когда он рисует белым.
    Ирина Осипенкоцитує2 місяці тому
    Одна из основных истин, сокрытых в оберточной бумаге, гласит, что белое — это цвет; не отсутствие цвета, а определенный, сияющий цвет, яростный, как багрянец, и четкий, как чернота.

На полицях

fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз