Екатерина Марголис

Следы на воде

В автобиографической книге Екатерины Марголис «Следы на воде» Венеция выходит за пределы своих границ: трещины на ее стенах становятся переплетением человеческих судеб; ее мосты соединяют землю и небо, тот свет и этот; кружа по ее улицам, можно забрести в церковь, где одновременно служат две литургии — католическую и православную; лагуна незаметно переходит в заснеженное поле; воздушные шарики в руках детей у базилики Санта-Мария-делла-Салюте превращаются в надутые перчатки-«ежики» на постели мальчика Лёвы, умирающего от рака в московской больнице. Повествование движется любовью — страстью и состраданием, верностью и верой, счастьем присутствия и памятью утраты, покаянием и прощением, откровением красоты и красотой Откровения.
В книге представлены живопись, графика, фотографии, типографические композиции и объектные инсталляции автора
382 паперові сторінки

Враження

    Мария Гордееваділиться враженням5 років тому

    Посвящается всем, кто пережил утрату близкого человека; всем, кто хочет увидеть Венецию не туристическую; всем, кто продолжает верить в чудеса. Проникновенное повествование, не умещающееся в границы ни одного жанра. И автобиография, и роман, и поэзия, и эссе в одной Книге с большой буквы.

    Larisa Belkinaділиться враженнямторік
    👍Раджу
    🚀Неможливо відірватися
    💧Зворушлива

    Скорее даже взгляд на воде...

    Татьяна Кудряшоваділиться враженнямторік
    👍Раджу

    Чтение захватывает, невозможно остановиться, пока не прочтёшь.

Цитати

    Natalia Ivanovaцитує4 роки тому
    Кричать — не значит помнить. Память говорит тихо».
    Natalia Ivanovaцитує4 роки тому
    Маленькая великая балерина оставила меньше следов на земле, чем обычно оставляют люди, прошагавшие по ней семьдесят лет. Она не оставляла следов, потому что не ходила — летала.
    Anna Demchikovaцитує5 років тому
    Трагетто — это городской транспорт, гондола-паром, пересекающий Большой канал в тех местах, где нет мостов. Трагетто — не что иное, как вынужденное обязательство, поочередная служба гондольеров в пользу горожан — что-то вроде общественного налога на те горы стоевровых бумажек, за которые в остальное время они катают дурачков-туристов, млеющих в раззолоченных креслах с выражением блаженного идиотизма. В трагетто принято стоять — так помещается значительно больше народу. И наемный Харон (преемник древнеегипетского паромщика), а на самом деле тот же самый наглый молодой гондольер, становится просто франтоватым деревенским пареньком, когда приходит его черед собирать в кучку пятидесятицентовые монетки и перевозить деловой народ, студентов и венецианских теток с сумками на другую сторону канала. Стоя на дне лодки, ты ощущаешь нечто близкое к стоянию на воде. А учитывая движение — к хождению по водам. И если певец этого города справедли

На полицях

fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз