ru
Эллен Барри

Князь в джунглях

Повідомити про появу
Щоб читати цю книжку, завантажте файл EPUB або FB2 на Букмейт. Як завантажити книжку?
    Анна Хохловацитує3 місяці тому
    огда я чувствовала, что продвигаюсь вперед, я успокаивалась, словно облако жужжащих, хаотичных обрывков информации превращалось в организованный, ясный поток. Я, словно азартный игрок, цеплялась за небольшие успехи, которые заставляли меня продолжать работу.
    Михаил Стрельниковцитує10 місяців тому
    «Замечали ли вы, что если в уважаемое печатное издание закрадывается ошибка, ее чаще всего переносят в свои тексты исследователи в той же области, пока, наконец, вымысел не начинает соперничать с правдой? Писатели, которые распространяют эти ошибки, редко поступают так из плохих побуждений. Они делают это не из личного интереса, но лишь потому, что у них попросту нет времени перепроверять каждый факт, так что они полагаются на профессионализм предшественников».
    Julia Timotinaцитуєторік
    Среди документов я нашла колонку из газеты The Statesman от 1993 года, озаглавленную «Когда история создается на ошибках». В ней были выделены два абзаца. Автор писал: «Замечали ли вы, что если в уважаемое печатное издание закрадывается ошибка, ее чаще всего переносят в свои тексты исследователи в той же области, пока, наконец, вымысел не начинает соперничать с правдой? Писатели, которые распространяют эти ошибки, редко поступают так из плохих побуждений. Они делают это не из личного интереса, но лишь потому, что у них попросту нет времени перепроверять каждый факт, так что они полагаются на профессионализм предшественников».
    Julia Timotinaцитуєторік
    Я с удовольствием беседовала с ним, наши беседы были словно безумный танец, который становился все неистовее все эти полтора года. Я не могла поверить, что он умер один в этом богом забытом месте.
    Julia Timotinaцитуєторік
    Руины служат напоминанием о том, что нынешнее мироустройство — демократия, старбаксы, индийский национализм — лишь мгновение в жизни Индии. Мы здесь были, словно вздыхают они. Это было наше.
    Julia Timotinaцитуєторік
    Многие великие города стоят на руинах, а Дели состоит из них. Невозможно пройти из точки А в точку Б, не наткнувшись на 700-летнюю могилу или 500-летний форт.
    VaLeraцитуєторік
    В XIX веке, во времена британской колонизации, офицеры завезли сюда мескитовое дерево, которое быстро распространилось, поглотив пастбища, дороги и деревни — все, что было здесь раньше. Позже биологи назовут это «массивной инвазией чужеродного вида».
    biryukova82076цитуєторік
    The Jungle Prince of De
    mariaiamdrunkцитуєторік
    «Если такого человека забыли и он умер в безвестности, то чего ожидать от смерти простолюдина?»
    mariaiamdrunkцитуєторік
    Я пошла на кладбище, где был похоронен Сайрус. Мне хотелось поставить камень или хоть что-то с надписью «Князь Сайрус из Ауда». Но так как его тело оказалось не востребовано, его похоронили под номером DD33B. Невостребованные тела помечают лишь обломками камня, и небольшие холмики расходились во все стороны до горизонта. Казалось, я блуждала по кладбищу несколько часов, и наконец решила присесть, потная и несчастная.

    «Он потерялся в городе мертвых», — записала я в своем блокноте.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    Она попросту отказалась уезжать.

    Пока однажды днем в угасающей красоте города набобов не произошло нечто. Отец Шахида, мужчина почтенных лет в очках в тонкой металлической оправе, ехал домой на велосипеде, когда его окружила толпа мальчишек-индуистов, которые стали избивать его хоккейными клюшками. Довольно быстро он принял решение перевезти всю семью в Пакистан, где, в результате больших перестановок, ему предложили работу в гражданской авиации новой страны. Он не зря волновался. Пройдет несколько месяцев, и город его молодости будет утопать в крови.

    «Мы были детьми, — вспоминала Сальма, невестка Вилаят. — Повсюду были погромы, мы вообще не могли выйти из дому. Неделя за неделей улицы были усеяны трупами, а когда мы выходили на базар за едой, вокруг были ужасные беспорядки, люди дрались и грабили, грабили всех подряд. Ночью бывало очень страшно, было слышно, как люди кричат, а вокруг стреляют и режут. Мы просто сидели у окна и смотрели».

    Шахид рассказал мне, что Вилаят поехала с мужем, но так и не смирилась с его решением покинуть Индию. Она была одержима всем тем, что ей пришлось оставить. Злоба проросла и прижилась в ее сердце, и поведение ее стало нестабильным. Затем ее муж внезапно умер. Теперь ее ничего не сдерживало. В ярости от того, что у нее отняли все ее имущество, на одном из публичных собраний она подошла к премьер-министру Пакистана и дала ему пощечину. Это многое изменило в ее положении. Из вдовы со связями она превратилась в сомнительное знакомство.

    После этого ее на полгода поместили в психиатрическую клинику в Лахоре. Шахид объяснил, что это был единственный способ избежать долгой тюрьмы. Шахид помнил, как навещал ее там и слушал стоны и проклятья других пациентов: «Это было ужасно. Женщин приковывали цепями. Одну девушку приковали к стене четырьмя цепями. Она металась. И плевалась в каждого, кто проходил мимо». Сальма рассказала, что Вилаят лечили электрошоком: «Они говорили, что она сумасшедшая. Делали ей какие-то уколы».

    Выйдя из лечебницы, Вилаят собрала младших детей и, никого не предупредив, набила сундуки коврами и драгоценностями и контрабандой провезла это обратно в Индию с намерением вернуть себе утраченную собственность. Шахид уехал с ними, но позднее сбежал. Он не мог словами объяснить, почему он это сделал. С этого места его история постепенно теряет нить.

    В начале ноября Шахид скончался в гостиной своего дома, держась за руку Камелии.

    Он рассказал мне, что психику его матери разрушил раздел Индии, именно он косвенно стал причиной того, что в итоге она поселилась в развалинах дворца. «Нам пришлось начинать все сначала», — сказал он.

    В начале 1970-х годов Вилаят, все еще без денег, вела себя все более и более странно. Она объявила миру, что является княгиней Ауда, и потребовала вернуть ей обширные территории княжества, которого уже не существовало.

    Простая обида, которую годами замалчивали, разрослась до размеров трагедии.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    3 июня 1947 года генерал-губернатор Индии лорд Маунтбаттен объявил, что с уходом Британской империи будут созданы два независимых государства. Пакистан предназначался для мусульманского населения Индии. Образованные мусульмане Лакхнау начали массово сбегать в новую столицу Пакистана. Впоследствии они составят ядро новой элиты. Писали, что их ждут солидные продвижения по службе. С другой стороны, поговаривали, что тех, кто останется, ждет жестокая расправа.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    Я подумала, что история его семьи — это иносказательная история Индии, история травм, которые так и остались неразрешенными на фоне смены империй.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    В мои обязанности в Нью-Дели входило великое множество дипломатических приемов и светских ужинов, все это выматывало донельзя. Тебя словно засасывало в придворную жизнь, где любые межличностные отношения были серией транзакций — как правило, это были сеансы обмена статуса на информацию. Для такой работы у меня не было ни подходящей одежды, ни подходящих личных качеств.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    Многие великие города стоят на руинах, а Дели состоит из них. Невозможно пройти из точки А в точку Б, не наткнувшись на 700-летнюю могилу или 500-летний форт.

    Семь династий мусульманских правителей одна за другой возводили здесь свою столицу, и каждая следующая сметала с лица земли своих предшественников, когда приходило время. Руины служат напоминанием о том, что нынешнее мироустройство — демократия, старбаксы, индийский национализм — лишь мгновение в жизни Индии. Мы здесь были, словно вздыхают они. Это было наше.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    Лес сам по себе уже был словно заколдованный — непроходимые заросли посреди 20-миллионного города. В XIX веке, во времена британской колонизации, офицеры завезли сюда мескитовое дерево, которое быстро распространилось, поглотив пастбища, дороги и деревни — все, что было здесь раньше. Позже биологи назовут это «массивной инвазией чужеродного вида». Мы ехали дальше, пока деревья над нашими головами не сплелись так тесно, что заглушили почти весь свет.
    mariaiamdrunkцитуєторік
    На всей стране лежит отпечаток травматичной истории — приход Британской империи оказался великим надувательством, а с уходом британцев началась резня, известная как раздел Индии. В ходе раздела из территории страны был буквально вырезан Пакистан, процедура породила волны жесточайших столкновений между индуистами и мусульманами.

    Эта семья, которая не скрывала своего краха, была олицетворением всего, что пережила Индия.

    В прессе были опубликованы лишь несколько нечетких семейных фотографий: это были красивые люди, бледные, с высокими скулами, но в то же время какие-то поникшие, опустошенные.
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз