ru
Книжки
Борис Пильняк

Без названья

    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    — то, ради которого погребен в памяти осиновый перелесок
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Этот осенний осиновый иудин перелесок остался в памяти не от той ночи, когда он убил здесь человека, ибо тогда был сенокосный, медовый июнь
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Никогда больше ни слова не сказали они друг другу с глазу на глаз
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    она впереди, он сзади
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Человек мешком муки повалился навзничь
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Андрей выстрелил второй раз в это улыбающееся лицо
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Она слабо сжала его руку, потянула ее к себе — и покойным девичьим поцелуем поцеловала она его в губы, первый и последний раз в их жизни.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    иудинно осины, черной стеной стал за осинами сосновый лес, пахнуло с поля картофельным цветом, — горели в вышине блеклые звезды на пепельном российском июньском небе.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Они подошли к осиновой косе
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    быстрее заспешили они
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    его гречишневые тяжести, —
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    тогда он поправил фуражку на голове, ничего не сказав. Она взглянула на него, наклонив к нему свое лицо. Она выпрямилась, медленно развязала платочек и бросила в сторону в кусты куски хлеба. Он ничего не сказал.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Как, какими словами рассказать о первой любви? — любви, белой, как ландыши, и тяжелой, в весеннести своей, как гречневый цвет, той тяжестью, которой можно перевернуть мир, — любви, не знавшей ничего больше рукопожатья и общих — на мир — вперед — глаз, — любви (и он, и она знали об этом, выверив это двадцатилетием) той, которая бывает (и навсегда остается) единственной.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    груди под пули и годы человеческих мук на тюрьмы и ссылки, — и разговоров не было.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Героев в этом рассказе — трое
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    Все это было двадцать лет назад.
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    авсегда осталось в памяти такое, где ничего не видно. Вечерами, после улицы дня и после рек московских улиц, надо подниматься лифтом на третий этаж первого дома Советов, того, что на углу Тверской и Моховой
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    аракатичной кровью ночи, тушевым мраком, и ничего не видно…
    Andrei Gorkovoi (Gorkovoy)цитуєторік
    шелестят иудами, сыпят мокрые листы
    Наталья Гуровацитує3 роки тому
    Очень трудно убить человека, — но гораздо труднее пройти через смерть: так указала биология природы человека.
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз