ru
Яир Лапид

Мои посмертные воспоминания. История жизни Йосефа «Томи» Лапида

Повідомити про появу
Щоб читати цю книжку, завантажте файл EPUB або FB2 на Букмейт. Як завантажити книжку?
    Alexandr Grozaцитуєторік
    Они замолкают и смотрят на меня, а я молча смотрю на них, но не рассказываю им того, что я понял на пылающих улицах Белграда, по которым шел взрослый мужчина в строгом костюме, преисполненный решимости сохранять достоинство в глазах сына, метавшегося вокруг него: в настоящей войне выживший не испытывает облегчения, он чувствует вину. Всю жизнь я нес бремя этой вины. Почему отец, а не я? Почему из двадцати четырех учеников моего класса я оказался в числе семи выживших? Надеюсь, это не прозвучит слишком странно, но я чувствовал себя вдвойне виноватым, поскольку был послушным ребенком, уважавшим старших и всегда старавшимся всем понравиться. А все хотели, чтобы я умер. Учителя, соседи, правительство, страна, все власть имущие. Все считали, что моя обязанность — умереть, а я заупрямился и выжил. Война заставила меня перестать быть хорошим ребенком, и я больше никогда уже им не был. Я выбрал зиг, а не заг.

    В течение прошедших с той поры лет я наблюдал — поначалу с негодованием, а позже смирившись, — за тем, как Холокост превращался в явление литературное или, что еще хуже, — кинематографическое. «Почему вы не бежали?» — спрашивали меня снова и снова, даже самые близкие люди. Катастрофа представлялась им каким-то длительным процессом, в котором люди исчезают постепенно: сначала теряют работу, потом имущество, затем собственную плоть, а в конечном итоге их отвозят на поездах навстречу смерти. Но для таких евреев, как мы, Катастрофа стала извержением Везувия. Лава заставала нас врасплох в самые что ни на есть тривиальные моменты бытия. Они умирали у рабочего стола, занимаясь любовью со своими женами, гуляя в парке с детьми, за чашкой кофе, пробегая глазами по газетным заголовкам, не понимая, что речь идет о них самих. Или во сне.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    проживать взятое взаймы время
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    понял, что все эти дела, которые ждали меня годами, существуют не для того, чтобы быть сделанными, а лишь для того, чтобы я все время собирался их сделать.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Америка, как и Израиль, не просто место, а прежде всего идея.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    сегодня евреям в Израиле опасней, чем где-либо еще в мире.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Тот, кто молчит, несет ответственность за происходящее почти такую же, как совершающий злодейство.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    это когда злодеи творят злодеяния, а хорошие люди молчат. Молчание хороших людей — важная часть трагедии.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Слова — это всё, без них не было бы ничего.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Слова изменили мир больше, чем бомбы, пушки и все вооружения вместе взятые.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Религиозные люди верят не в совпадения, а в Провидение. Нерелигиозные знают, что самые невероятные вещи иногда случаются, но Бог не имеет к ним никакого отношения.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Радикальный ислам объявил войну на уничтожение всем основным ценностям западного мира: свободе, демократии, равенству, науке, технологиям, феминизму, прогрессу.
    Из пятидесяти семи исламских государств современного мира ни одно не является демократическим.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Мои морщины — это тропы и дороги, по которым я шел по жизни к тому, где оказался, чего достиг.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    в основе демократического общества лежат не только права, но и обязанности.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    я слишком занят ничегонеделанием.
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    раз в день — вдруг тебе весь день везло, а ты просто не подозревал об этом».
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Теодор Герцль написал небольшую брошюру под названием «Еврейское государство».
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Лорд Байрон писал: «Воспоминание о пережитом счастье — уже не счастье, воспоминание о пережитой боли — это все еще боль».
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Ни на что не надеюсь. Ничего не боюсь. Я свободен!»
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    что делает человека хорошим журналистом. «Мастерство ремесленника, — сказал он. — Глаз снайпера. Чутье охотника. И душа любопытного ребенка».
    Irina Kozhukhovaцитує4 роки тому
    Идея социальной справедливости разожгла огонь коммунизма.
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз