bookmate game

Комиссар Мегрэ

Азбука-Аттикус
17Книжок123Підписники
Разгадывая самые сложные преступления, распутывая самые причудливые интриги, Мегрэ руководствуется одним безотказным принципом: чтобы найти виновных, нужно прежде всего понять смысл их поступков…
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Все началось на бульваре Ришар-Ленуар. Жена заказала по телефону такси, потому что третий день подряд лил дождь: по радио говорили, что такого не случалось тридцать пять лет. Шквалы ледяной воды хлестали по лицу и рукам, облепляли тело намокшей одеждой. На лестницах, в лифтах, в конторах люди оставляли мокрые следы; настроение у всех было отвратительное.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Накануне было пасмурное воскресенье с налетавшим ветром и холодным дождем, как посреди зимы, и вдруг уже на другое утро — четвертого марта — люди проснулись и увидели, что наступила весна. Правда, солнце еще несколько хмурилось, а небесная лазурь казалась совсем хрупкой, но весеннее настроение разливалось в воздухе и светилось в глазах прохожих — словно каждый чувствовал себя соучастником этой радостной перемены, вдыхая соблазнительные запахи утреннего Парижа. Мегрэ явился без пальто, проделав добрую часть пути пешком, а войдя в кабинет, сразу же приоткрыл окно.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    На пути между набережной Орфевр и мостом Мари Мегрэ вдруг на какое-то мгновение приостановился, но шедший рядом Лапуэнт даже не успел ничего заметить. На несколько секунд, вернее, на долю секунды комиссар почувствовал себя таким же молодым, как и его спутник. Наверное, во всем был виноват воздух — удивительно прозрачный, какой-то пряный и благоухающий. Много раз в такое же солнечное утро, как сегодня, инспектор Мегрэ, тогда только получивший назначение в отдел охраны уличного порядка сыскной полиции, которую парижане по-прежнему называли Сюртэ, обходил парижские улицы, случалось, и до позднего вечера.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Ночью в квартире Мегрэ зазвонил телефон, но комиссар, пытаясь ощупью найти трубку, не ворчал, как обычно, когда его будили среди ночи, а с облегчением вздохнул.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Вставая сегодня с постели, Мегрэ болезненно поморщился, так у него одеревенела шея. Конечно, это нельзя было назвать невралгией, просто он неловко повернул голову, отсюда и появилось это неприятное ощущение. Дождь моросил и вчера вечером, когда они с женой долго шли по бульварам, возвращаясь из кино. Все это, конечно, не имеет значения, но из-за этого шарфа, плотного шарфа, связанного мадам Мегрэ, он вдруг почувствовал себя старым.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    — Самые коварные дела — те, что вначале выглядят такими простыми, что ты не придаешь им большого значения. Они вроде тех болезней, которые начинаются почти незаметно, с чего-то неопределенного, что называют просто «недомогание». Когда такую болезнь наконец начинают принимать всерьез, часто бывает слишком поздно.
    Мегрэ сам сказал это инспектору Жанвье как-то вечером, когда они вместе возвращались на набережную Орфевр через Новый мост. Но в эту ночь Мегрэ ничего не говорил по поводу событий, которые разворачивались рядом с ним, потому что крепко спал рядом с мадам Мегрэ в своей квартире на бульваре Ришар-Ленуар.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Мегрэ играл в лучах мартовского, еще немного зябкого солнца. Играл не в кубики, как когда-то в нежном возрасте, а в трубки. На его письменном столе всегда лежало с полдюжины трубок, и всякий раз перед тем, как набить одну из них, он придирчиво выбирал ту, которая подходила под его настроение. Плечи у Мегрэ были опущены, взгляд блуждал. Только что комиссар принял решение, чем будет заниматься оставшиеся годы службы. Он ни о чем не жалел, но принятое решение повергло его в некоторую меланхолию.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Жозеф, курьер, тихо, как мышка, поскребся в дверь и так тихо появился в кабинете Мегрэ, что со своей лысиной в ореоле невесомых седых волос он смог бы сыграть роль привидения. Комиссар, склонившийся над бумагами, с трубкой, зажатой в зубах, не поднял головы, и Жозеф остался стоять около двери. Уже неделю Мегрэ был не в духе, и сотрудники входили к нему в кабинет буквально на цыпочках. Впрочем, он не единственный в Париже, да и вообще во Франции, пребывал в таком настроении, потому что никогда еще в марте не было такой сырой, холодной и мрачной погоды.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Как всегда, возвращаясь вечером домой привычной дорогой, по той же стороне тротуара, мимо того же газового фонаря, Мегрэ поднял глаза на освещенные окна своей квартиры. Это у него получалось уже безотчетно. Если бы его кто-нибудь сейчас спросил, есть в окнах свет или нет, он бы затруднился ответить. Точно так же между третьим и четвертым этажом он машинально начинал расстегивать пальто, чтобы достать из кармана брюк ключ, хотя дверь непременно открывалась, стоило ему ступить ногой на коврик.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Мегрэ легко запомнил эту дату, это был день рождения сестры его жены — 19 октября. А кроме того, понедельник. Он тоже должен был это отметить, потому что на набережной Орфевр существовало поверье, что по понедельникам убийства случаются очень редко. Ну и в довершение всего в этом году это было первое расследование, от которого повеяло зимой.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Когда впоследствии Мегрэ вспоминал это необычное дело, то начинал думать о болезнях, которые подкрадывались исподтишка, начинаясь не бурно, а с легкого недомогания, с ломоты — симптомов слишком безобидных. Не было вызова на место преступления, не было жалобы в сыскную полицию, не поступало тревожных сигналов и анонимных доносов; началом этого дела, если вспомнить все по порядку, был просто телефонный звонок мадам Мегрэ.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Мегрэ повесил трубку — наверное, в десятый раз за последний час, закурил, с укоризной взглянул на окно — нудный холодный дождь хлестал по стеклу — и снова взялся за перо, склонился над рапортом, к которому приступил час назад, но за это время написал всего лишь полстраницы. Дело в том, что с первой же строчки он стал думать совсем о другом — о дожде, нескончаемом, нудном дожде, предвестнике зимы, который так и норовит попасть вам за шиворот, просочиться сквозь подметки ваших ботинок, стечь крупными каплями с полей вашей шляпы, — об этом холодном дожде, от которого непременно схватишь насморк, гнусном, тоскливом дожде, про который говорят: в такую погоду хороший хозяин собаку из дома не выгонит.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Курица тушилась с прекрасной рыжей морковкой, большой луковицей и целым пучком петрушки, хвостики которой торчали наружу. Мадам Мегрэ пригнулась и убедилась, что маленькое пламя горит ровно и не погаснет. Потом она закрыла окна повсюду, кроме спальни, на секунду задумалась, не забыла ли чего, глянула в зеркало и, вполне удовлетворенная своим видом, вышла из квартиры, закрыв дверь на ключ и опустив его в сумочку.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Со скорого поезда Париж—Гавр он сошел на унылой станции Бреотэ-Безвилль. Для этого пришлось подняться в пять утра, когда такси на парижских улицах не поймать, и добираться до Сен-Лазарского вокзала первым поездом метро. Теперь ему еще предстояла пересадка.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    — Эй, вы, там!
    Мегрэ, словно в школе, начал осматриваться, к кому там обращаются.
    — Да, да, вы...
    Иссохший старец с огромными седыми усищами, как будто сошедший во плоти со страниц Библии, указывал на кого-то дрожащей рукой. Но на кого? Мегрэ глянул на соседа, на соседку и, смутившись, внезапно понял: это на него смотрят коронер, допрашиваемый сержант ВВС, атторней, присяжные, шерифы — короче, весь зал.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Мадам Мегрэ, которая лущила горох, сидя в густой тени, где голубизна ее фартука и зелень стручков выделялись яркими пятнами, мадам Мегрэ, чьи руки никогда не знали покоя и не могли остаться без дела даже в два часа пополудни самого знойного из всех августовских дней, мадам Мегрэ, неустанно следившая за своим мужем, как за младенцем, вдруг встревожилась:
    — Да ты, никак, уже собираешься встать!
    Меж тем шезлонг, в котором возлежал Мегрэ, даже не скрипнул, бывший комиссар полиции даже не шелохнулся.
    Азбука-Аттикусдодав книжку на полицюКомиссар Мегрэ6 років тому
    Половина восьмого. Кабинет начальника полиции. Мегрэ машинально вытащил из жилетного кармана часы и вздохнул облегченно и устало одновременно — так вздыхают грузные мужчины на исходе жаркого июльского дня. Потом собрал свои папки со стола красного дерева. Обитая дверь закрылась за ним, и он пересек приемную. Пустые красные кресла. Старый посыльный сидит в своей стеклянной клетке. Безлюдный, нескончаемый коридор сыскной полиции выглядит пасмурным даже в лучах солнца.
fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз