ru
Виржини Депант

Кинг-конг-теория

Повідомити про появу
Щоб читати цю книжку, завантажте файл EPUB або FB2 на Букмейт. Як завантажити книжку?
В этой книге откровенных, яростных и смешных эссе Виржини Депант — по собственным словам, «больше Кинг-Конг, чем Кейт Мосс», — осмысляет жизнь современных женщин, критикует буржуазную мораль в отношении секса и раздает пощечины французскому обществу одну за другой. Используя собственный опыт пережитого насилия и проституции как отправную точку для анализа, она становится голосом тех, кто не может и не хочет подчиняться правилам.
Ця книжка зараз недоступна
115 паперових сторінок
Перекладач
Евгений Шторн

Враження

    Макс Черепицаділиться враженням2 роки тому
    👍Раджу
    🎯Корисна
    🚀Неможливо відірватися

    🔥🔥🔥
    Яростный, но одновременно как-то совершенно непривычно принимающий при всей этой ярости текст, очень крутой, прекрасно переведенный и изданный

    Александра Данилюкділиться враженням2 роки тому

    Не читайте, если вы далеки от феминизма. Не читайте, если вы маскулинный мужчина. Не читайте, если вы любите сухие факты. И не читайте, если вы за женственность и вот это все. Впрочем, первого абзаца, должно сразу хватить для понимания.

    Ярость – главная эмоция этой книги. Вообще это сборник эссе, но у меня слово «эссе» ассоциируется скорее с условной Зонтаг, а вот тексты Вирджини Депант, это панк-рок в чистом виде. Ей хочется все взорвать. Ей не хочется шутить. Она исходит сарказмом и презрением. Она как кинг-конг полна ярости - швыряется матом, в любом удобном случае называет мужчин латентными геями, и все в таком же духе.

    Тут можно прочитать личную историю изнасилования, личную историю оказаний секс-услуг за деньги, и личные же истории отношения к порнографии, традиционной морали, и вот этому всему. Ее позиции очень спорные и я не согласна с ней в добром десятке принципиальных вопросов, но смелость и ярость – меня восхищают. И пару раз формулировки били точно в цель. Другие ее книги читать ее не буду, но эту потраченным временем не считаю.

    Tatiana Korolevaділиться враженням2 роки тому
    👍Раджу
    🚀Неможливо відірватися

    Самое смелое феминисткое высказывание, которое я когда-либо читала. Депант не просит привилегий – она призывает их забрать. Со времени написания книги, конечно, ситуация чуть улучшилась. Теперь можно сделать публичное признание в изнасиловании (но только с правильными хештэгами), а некоторым порноактрисам разрешено даже писать книги. Социум по-прежнему силится удержать Кинг-Конга в клетке, но теперь очевидно, что эта борьба обречена. Женщины сильнее, умнее и хитрее мужчин. И революция уже началась.

Цитати

    Svetlana Yatsykцитує2 роки тому
    Потому что идеал белой женщины, соблазнительной, но не шлюхи, удачно вышедшей замуж, но не растворившейся в своем муже, работающей, но не слишком успешно, дабы не задавить своего благоверного, худенькой, но не помешанной на диетах, над которой не властно время, но чье лицо при этом не изуродовано пластической хирургией, познавшей радость материнства, но не погрязшей в подгузниках и домашних заданиях, прекрасной хозяйки, но не традиционной горничной, образованной, но меньше своего мужа, — эту счастливую белую женщину, которую нам вечно суют в нос и на которую, хоть убейся, но надо непременно походить, помимо того, что она, эта женщина, бесконечно заморачивается из-за какой-то херни, — так или иначе, я ее никогда и нигде не встречала. Я вообще подозреваю, что ее не существует.
    Макс Черепицацитує2 роки тому
    Подобным же образом и женщинам стоило бы задуматься о преимуществах приобщения мужчин к активному отцовству, вместо того чтобы пользоваться властью, которую им предоставляют политически через подстегивание материнского инстинкта. Взгляд отца на ребенка несет в себе потенциальную революцию. Отцы могут научить дочерей, что у них есть свое собственное существование вне рынка соблазнения, что они способны на физическую силу, предприимчивость и независимость суждений, что им не нужно бояться неминуемого наказания. Отцы могут показать сыновьям, что мачистская традиция — это ловушка, жестокое подавление эмоций в интересах армии и государства. Потому что традиционная мужественность так же калечит, как и приговор к женственности. Что, собственно, требуется, чтобы быть мужчиной, настоящим мужчиной? Подавлять эмоции. Заглушать в себе чувствительность. Стыдиться своей хрупкости, своей уязвимости. Порвать с детством жестоко и безвозвратно — инфантильные мужчины не котируются. Переживать из-за размера своего члена. Уметь довести женщину до оргазма, даже если она не умеет или не хочет объяснять, что ей нравится. Не выказывать слабости. Заткнуть свою чувственность. Одеваться в блеклые цвета, носить всегда одни и те же грубые ботинки, не делать причесок, не касаться украшений и ни в коем случае не пользоваться косметикой. Всегда делать первый шаг. Не иметь никакого сексуального образования, чтобы улучшить свой оргазм. Не уметь просить о помощи. Быть храбрым, даже когда совершенно не хочется. Уважать силу, какова бы ни была ее природа. Проявлять агрессивность. Иметь ограниченный доступ к отцовству. Быть богатым и успешным, чтобы покупать себе самых красивых женщин. Бояться своей гомосексуальнос­ти, потому что проникновение в настоящего мужика недопустимо. В детстве не играть с куклами, довольствоваться уродскими пластмассовыми машинками и пистолетами. Не слишком заботиться о своем теле. Подчиняться жестокости других муж­чин и не жаловаться. Уметь дать сдачи, даже если уродился нежен­кой. Отказаться от своей женственности, как женщины отказываются от своей мужественности — не по тре­бованию ситуации и не по собственной склонности, но по при­казу коллективного тела. Чтобы все оставалось как есть: женщины рожают детей для вой­ны, а мужчины идут погибать, защищая интересы кучки ублю­дочных близоруких кретинов.
    Мы хорошо знаем, к чему мы откатимся, если не решимся на эту таинственную гендерную революцию. Это всесильное государство, которое инфантилизирует нас, вмешивается во все наши решения, якобы для нашего же блага, держит нас в детских подгузниках, в невежестве, в страхе наказания и исключения. Покровительственное отношение, ранее распространявшееся только на женщин, и применение стыда как передового оружия, позволяющего держать их в изо
    Karina Bychkovaцитує2 роки тому
    Решает настрой, смелость, непокорность. Есть тип силы, не мужской и не женской, — она впечатляет, обескураживает, заражает уверенностью. Способность говорить нет, настаивать на своем, идти напролом. И мне плевать, носит ли герой юбку и большие сиськи или у него хуй до колена и сигара во рту.

На полицях

fb2epub
Перетягніть файли сюди, не більш ніж 5 за один раз